О языке великих князей литовских и знати ВКЛ
до XV в. и дальнейших судьбах литовского языка

Различие между разговорным и письменным языками

Разговоры о "государственном языке" в средневековой Литве и рассуждения о разговорном языке по языку грамот отражают лишь непонимание специфики того времени, когда письменность играла лишь вспомогательную роль в культуре Литвы, основанной на устном слове.

Средневековые правители Литвы не писали и даже не подписывали своих грамот. Они всего лишь запечатывали их своей печатью. Грамоты и писали, и читали писари, при этом язык грамоты не имел никакого значения, так как великому князю содержание грамоты передавалась на его разговорном языке. Разговорным же языком правителей и знати до Казимира Ягеллончика был литовский, а при Казимире мог быть уже и польским, который ему был родным, хотя его еще обучали и литовскому.

Грамоты правителей могли издаваться на самых разных языках, что вообще не свидетельствует о прямом отношении правителя к этому языку. Писалось на языках писменных, т. е. таких, на которых писать считалось привычным, которые будут понятны писарю адресата. Так было везде. На пример, в Польше до 1543 г. польский язык фактически не использовался в канцелярии, все документы составлялись на латинском языке, хотя от крещения Польши прошло уже почти 600 лет. Литовской писменности тоже пришлось пройти долгий, хотя и более короткий чем польской, путь развития. Должны были развиться более-менее устойчивые нормы этого языка, появиться достаточное число людей, способных читать на этом языке. Парадокс, но первые литовские государственные документы появляются тогда, когда литовский язык был уже вытеснен из окружениия великих князей польским языком. Известны литовские грамоты Владислава Вазы 1639 и 1641 гг., изданные в Пруссии для литовцев Малой (или Прусской) Литвы (так называлась область расселения литовцев в Пруссии). В конце XVIII в. на литовский язык уже переводятся важнейшие государственные документы того времени: Конституция 3 мая 1791 г., некоторые постановления Четырехлетнего Сейма, по-литовски печатаются воззвания правительства повстанцев 1794 г. Конечно, литовские грамоты Владислава Вазы от 1639 и 1641 гг. не доказывают, что он говорил по-литовски точно также, как и немецкие, латинские и русинские грамоты Витаутаса ничего не говорят о его разговорном языке.

Роль писаря в составлении грамот правителя. Из сообщения посланцев папских легатов 1324 г.:

"Тогда в ответ он [Гедиминас] начал говорить, что не приказывал писать этого [о желании принять крещение], а если брат Бертольд написал, то пусть это падет на его голову. (...)

И, короче говоря, король целиком подтверждал содержание послания, исключив только крещение, поскольку он не желал креститься... (...)

После этого на следующий день переводчик короля, христианин, позвал нас на подворье братьев миноритов. Там мы нашли королевского уполномоченного вместе с его советниками в присутствии братьев доминиканцев и миноритов, и этот-то королевский уполномоченный спросил у братьев-миноритов, кто [писал] первое послание, направленное апостольскому наместнику.

Брат Генрих ответил, что то послание, с которым король направил своего собственного посла в город, писал он сам. С послом [же] тем в дороге обошлись плохо, бросили в темницу и морили голодом, а послание господину папе было переслано.

Тогда [уполномоченный] спросил у брата Бертольда, не он ли составлял послание, будто король хочет креститься.

Тот отвечал, что он составлял послание, которое было направлено через советников Риги, и в нем ничего не писал, кроме исходившего из уст самого короля, что тот-де желает быть покорным сыном и войти в лоно святой матери-церкви, принять христиан и, короче говоря, прославить веру христову, ибо он осознал свое [духовное] заблуждение.

И уполномоченный сказал в ответ так: "Значит, ты припоминаешь, что король не приказывал тебе писать о крещении?"

Тогда сам Бертольд и брат Николай из Ордена доминиканцев и мы все возразили, что быть покорным сыном и войти в лоно святой матери церкви есть не что иное, как крещение.

На это уполномоченный и брат Николай сказали в ответ, что именно брат Бертольд был тем, кто ввел короля в столь великое заблуждение, и, сказав так, они удалились."

(Gedimino laiškai = Послания Гедимина. Вильнюс, 1966, с. 126-136.)

Разговорный язык правителей средневековой Литвы

Всегда надо различать данные о языке письменном и разговорном. Витаутас сам говорит о своем разговорном языке. На, пример, он пишет (т. е. диктует писарю, который в данном случае излагает всё по-латински) о ситуации, когда в присутствии императора Зигизмунда он заговорил с Йогайлой по-литовски, а также раньше этому же императору объяснял, что по-литовски означают названия Аукштайтии и Жемайтии, и что у литовцев и жемайтов один язык.

Крещение литовцев в Вильнюсе в 1387 г. по Яну Длугошу (Владислав Йогайла говорит литовцам на родном языке):

…всё литовское племя и народ, отрекшись от древнего заблуждения, охотно и с покорной преданностью согласились принять христианскую веру. В течении нескольких дней они были основам веры, которые надлежит соблюдать, и молитве господней, а также символу веры польскими священниками, однако в основном священниками короля Владислава, который знал язык племени и с которым легче соглашались, научены, святой водой крещения возрождены.
(…universa Lithuanorum gens et natio fidem christianam suscipere et vetusto errori renuntiare prona et obedienti devotione consensit. Per dies autem aliquot de articulis fidei, quos credere oportet, et oratione dominica atque Symbolo per sacerdotes Polonorum, magis tamen per Wladislai Regis, qui linguam gentis noverat et cui facilius assentiebat, edocta, sacra baptismatis unda renata est…)

Крещение жемайтов в 1413 г. по Яну Длугошу (Владислав Йогайла говорит жемайтам на родном языке):

Так как ни один из духовных мужей, прибывших вместе с королем Владиславом в Жемайтию, не умели говорить по-жемайтски, Владислав, король Польши, был вынужден народу Жемайтии проповедовать веру и насаждать истинную религию.
(Et quoniam nemo ex viris spiritualibus, qui cum Rege Wladislao Samagittiam advenerant, linguam Samagitticam noverat exprimere, Wladislaus Poloniae Rex ad populum Samagittiae pro fide et religione orthodoxa suscipienda declamare coactus est.)

Витаутас объясняет императору Сигизмухду в 1420 г., что значит названия аукштайтов и жемайтов на литовском языке:

«…вы сделали и объявили решение по поводу Жемайтской земли, которая есть наше наследство и вотчина из законного наследия наших предков. Ее и теперь имеем в своей собственности, она теперь есть и всегда была одна и та же самая Литовская земля, поскольку есть один язык и одни люди (unum ydeoma et uni homines). Но так как Жемайтская земля находится ниже Литовской земли, то и называется Жемайтия, потому что так по-литовски называется нижняя земля (quod in lythwanico terra inferior interpretatur). А жемайты называют Литву Аукштайтией, то есть верхней землей по отношению к Жемайтии. Также люди Жемайтии с древних времен называли себя литовцами, и никогда жемайтами (Samagitte quoque homines se Lythwanos ab antiquis temporibus et nunquam Samaytas appelant), и из-за такого тождества мы в своем титуле не пишем о Жемайтии, так как все есть одно - одна земля и одни люди.» (Codex epistolaris Vitoldi, Krakow, 1882, c. 467).

Примечание: по-литовски žemas - "низкий", aukštas - "высокий".

В письме Йогайле 1429 г. Витаутас напоминает о том, как обсуждался вопрос о его коронации на Луцком собрании:

"Когда мы были в вашей комнате, господин король Римский [Сигизмунд] начал говорить с Вашей Светлостью, напоминая о вчерашнем деле [т. е. о коронации Витаутаса]. Ваше Светлость сказали сразу, как вам это нравится, и как вы будете рады. Но мы сказали вам по литовски (nos vero in lithwanico diximus ad vos): господин король, не спешите с этим делом, давайте посоветуемся прежде с вашими баронами и прелатами…" (Codex epistolaris Vitoldi, Krakow, 1882, c. 816).

Языковую ситуацию в среде знати в конце 15 в. хорошо отражает отчет послов г. Гданьска, которые в 1492 г. в Вильнюсе вели переговоры с Казимиром Ягелончиком и знатью ВКЛ. Они писали, что переговоры вести понадобилось и по-польски, и по-литовски, и по-русински: "Daruff wart manchfaldig handelt gehat itzundt Polnisch, itzundt Lithows, itzundt Reuszch" (Hansisches Urkundenbuch, Munchen u. Leipzig, 1916, XI, p. 364).

Когда при дворе правителя литовский язык был вытеснен польским, на полький язык стала переходить и знать. Литовский язык всё более вытеснялся из публичной жизни, хотя в то же время свое развитие начала литовская литература.

Литовский язык в летописях и хрониках XIII-XV вв.

Генрих Латвийский, Хроника Ливонии (XIII в.):
* Зимой 1207-1208 г. литовцы напали на Турайду и направились грабить костел Кубеселы: «...в костел явился один из врагов, обежал все кругом, был уже почти в ризнице, но, увидев обнаженный алтарь и не найдя ничего, что можно присвоить, сказал: "Ба!" [inquit: 'Ba!'] и пошел к своим.»
Согласно 20-томному словарю литовского языка (Lietuvių kalbos žodynas), одно из значений литовского слова "ba" - о! действительно! как же нет!. Т. е. литовский воин вздохнул: "Действительно!", "И в правду!" (здесь ничего нет).

Ипатьевская летопись (XIII в.):
* В 1256 г. Данил и Василко отправились в поход на Возвягль. К ним на помощь должны были прийти литовцы, однако они, не дождавшись литовцев, взяли город, сожгли его, поделили пленников и вернулись домой. Когда пришли литовцы, они нашли лишь пустое место, где грабить было уже нечего: «Романови же пришедшоу ко граду, и ЛитвЋ, потокши на градъ ЛитвЋ, ни вЋдЋша нишьто же, токмо и головнЋ ти псы течюще по городищоу. Тоужахоу же и плевахоу, по своискы рекуще «Янда», взывающе богы своя, Андая, и Дивирикса, и вся богы своя, поминающе, рекомыя бЋси» (ПСРЛ, т. 2: Ипатьевская летопись, стб. 839).

Ян Длугош (XV в.):
* Признается, что пруссы, литовцы и жемайты имеют те же обычаи, язык и происхождение... (Unius enim et moris et linguae, cognationisque Prutheni, Lithuani et Samagitae fuisse dignoscuntur...) (Ioannis Dlugossii seu Longini... Historiae Polonicae libri XII / ed. I. Żegota Pauli. Cracoviae, 1873. T. 1, p. 151. - (Opera omnia; t. 10). - Под 997 годом).
* Литовцы, жемайты и ятвяги, хотя различаются названиями и разделены на множество семей, однако были одним племенем, происходящим из римлян и итальянцев... (Lithuani, Samagittae et Iatczwingi, licet appelationem diversam sortiti et in familias plures divisi, unum tamen fuere corpus a Romanis et Italis ducentes genus...) (Ioannis Dlugossii seu Longini... Historiae Polonicae libri XII / ed. I. Żegota Pauli. Cracoviae, 1876. T. 3, p. 473. - (Opera omnia; t. 12). - Под 1387 годом).

Литовский язык в хрониках и историях ВКЛ XVI-XVII вв.

У людей, писавших историю ВКЛ, не возникало сомнений на счет языка создателей Литовского государства. Особенно часто к литовскому языку в изложении истории ВКЛ ссылается Мацей Стрыйковский - автор первой печатанной истории Литвы и наиболее авторитетный автор вплоть до 19 в. Если собрать все литовские глоссы в его произведениях, получится несколько страниц текста. Ниже приводится лишь несколько образцов.

1. Stryjkowski M. Kronika Polska, Litewska, Żmódzka i wszystkiej Rusi. Warszawa, 1846. T. 1.
(Первое издание - 1582 г.)

* Dziewołtow od Bożego imienia, bo Dziewoz po żmodzku i litewsku Bóg (s. 85).
* Na cześć Bogom pogańskim pictos Gudos Dziewie,
   Płak pocziss, tak wołali, aż szumiało krzewie.
(s. 221)
Литовский текст: «Злых гудов (=русинов), Боже, пори самих» (Piktus gudus, Dieve, plak pačius).
* Stąd tamto pole i dziś zowią po litewsku Kaulis, to jest: bitwa... (s. 319)
Стрыйковский здесь ошибается – название поля от слова «kaulas» – «кость», а не от «kautis» – «биться».
* A o Dowmancie przerzeczonym, iż był mąż wielkiej dzielności, i dziś chłopstwo Litewskie pospolicie spiewa po litewsku „Dowmantas, Dowmantas Gedrotos Kunigos, łabos Rajtos ługuje.“ etc. (s. 320).
Литовский текст: „Даумантас, Даумантас, князь Гедрайтский, хороших всадников просит.“ (Daumantas, Daumantas, Giedraitis kunigas, labus raitus lūgoja [= prašo]).

2. Stryjkowski M. O początkach, wywodach, dzielnościach, sprawach rycerskich i domowych sławnego narodu litewskiego, żemojdzkiego i ruskiego. Warszawa, 1978.
(Издано по рукописи 1575-1577 гг.)

* Muś, ażmuś thos hudos, z Żmudzią, krzyczy Litwa (s. 146).
Речь идет о битве 1205 г. Литовский текст: «Бей, убей тех гудов (=русинов)» (Mušk, užmušk, tuos gudus).

Литовский язык занимает должное место и у других авторов, писавших историю Литвы в XVI-XVII вв.

3. Historiae Litvanae pars prior, de rebus Litvanorum ante susceptam Christianam Religionem, conjunctionemque Magni Lituaniae Ducatus cum Regno Poloniae, Libri novem / Auctore P. Alberto Wiiuk Koialowicz, Soc. Iesu S.T.H.D. - Dantisci..., 1650.

* Рассуждение о «герульской молитве», опубликованной Вольфгангом Лазиусом (в действительности молитва латышская):
Читая ее по-внимательней, я понял, что этот язык совершенно такой же, на каком сегодня говорят литовцы и латыши. Поэтому вряд ли можно сомневаться в том, что у древних герулов были усадьбы и они получили начало в Литве и других землях этого племени. (Кн. 1, Разд. 1: «О прошлом литовцев до прибытия италов в Литву», параграф «Литовцы - родственники герулов»; Vijūkas-Kojelavičius A. Lietuvos istorija, Vilnius, 1989, p. 45).

4. Полное собрание русских летописей, Москва, 1980, т. 35: Летописи белорусско-литовские.

* Цитата из Литовской летописи начала XVI в. об обучении русинскому языку легендарного князя Римантаса (Римонта) [в основном соответствует историческому Вайшалгасу (Войшелгу)]:
И коли сын его Рымонт доростал лЋт своих, и отець его Троиидень дал его для науки языка руского до Льва Мъстиславича, которыи заложыл город во имя свое, Львов. И мешкаючи Рымонту у князя Льва, и навчылся языка руского... (с. 150 и др.)
* Цитата из Литовской летописи начала XVI в., где рассказана легенда об основании Вильнюса:
И очутилъся [Гедимин] от сна своего и молвить ворожбиту своему, именем Лиздеику, которыи был наиден у-в орлове гнезде, и был тот Лиздеико у князя Кгидимина ворожбитом наивышъшым, а потом попом поганским... (с. 153 и др.)
Смысл фразы "которыи был наиден у-в орлове гнезде" понятен лишь на основе литовского языка: "lizdas" по-литовски - "гнездо". Текст явно ориентирован на литовскоязычного читателя.

Литовские книги XVI-XVIII вв.

Первая книга на литовском языке издана в 1547 г. в Кёнигсберге. Это был лютеранский Катехизис, подготовленный выходцем из ВКЛ Мартинасом Мажвидасом и посвящен Великому Княжеству Литовскому:

    AD MAGNVM
       DVCATVM LITVANIAE
Fausta ducum magnorum altrix, Lituania clara,
      Haec mandata Dei, suscipe mente pia,
Ne te, cum dederis rationes ante tribunal
      Augustum, magni iudicis ira premat.

      ВЕЛИКОМУ
       КНЯЖЕСТВУ ЛИТОВСКОМУ
Счастливая родина великих князей, славная Литва,
      Эти повеления Бога прими с набожным настроением,
Чтобы тебя, когда будешь отчитываться перед судом
      Высоким, не придавил бы гнев великого судьи.

Всего в XVI-XVIII вв. выпущены 494 литовские книги, из них 287 в Пруссии, 207 – в ВКЛ.

По векам они распределяются таким образом:

  ВКЛ Пруссия Всего
XVI век 8 22 30
XVII век 32 22 54
XVIII век 167 243 410
Всего 207 287 494

(Zigmas Zinkevičius. Lietuvių kalbos istorija. Vilnius, 1988. T. 3: Senųjų raštų kalba, p. 9).

Мысли о том, что литовский язык должен занять достойное место в государстве, звучат в польском предисловии Микалоюса Даукшы к переведенной им на литовский язык Постилле (Вильнюс, 1599).

В книгах XVII в. установились три варианта письменного литовского языка - западный (литовский язык Малой Литвы, основанный на западноаукштайтском диалекте), близкий к нему средний (основан на западноаукштайтском диалекте окрестностей Кедайняй, использовался в Жемайтском старостве ВКЛ и иногда назывался "жемайтским языком") и восточный вариант письменного литовского языка (собственно "литовский язык", основан на восточноаукштайтском диалекте окрестностей Вильнюса). Первые литовские книги в ВКЛ были выпущены Микалоюсом Даукшой на среднем варианте литовского письменного языка. То, что он в основу своих книг положил не столичный диалект, не понравилось некоторым литовцам. В 1605 г. в Вильнюсе выходит 2-ое литовское издание катехизиса Ледесмы, ранее уже переведенного Даукшой. Автор нового перевода говорит в предисловии, что Даукша перевел Катхизис на "жемайтский язык" и поэтому литовцы жаловались: "Не имеем катехизиса литовского", что и побудило его перевести Катхизис на "литовский язык" (т. е. восточноаукштайтский диалект).

Создатели литовской литературы в ВКЛ (в скобках указаны авторы, которые проявили себя в литовской литературе Пруссии);
a - рубеж жемайтского и аукштайтского диалектов, b - рубежи жемайтских субдиалектов, c - изофона твердого l перед вокализмом e типа, d - изофона ą, ę > ų, į, e - изофоны дзеканья,  f - граница ВКЛ. (Составил Зигмас Зинкявичюс)

В XVIII в. восточный вариант письменного литовского языка уступает место среднему, на базе которого формируется общий литературный литовский язык ВКЛ. На нем была основана первая грамматика литовского языка, выпущенная в ВКЛ. Неизвестный автор грамматики, изданной в Вильнюсе в 1737 г., уже в самом названии книги выразил свое мнение о месте, которое литовский язык должен занимать в государстве:

UNIVERSITAS
Linguarum Litvaniae

In Principali Ducatus Ejusdem Dialecto
Grammaticis Legibus
CIRCUMSCRIPTA.
& in obsequium
Zelorum Neo-Palaemonum
ORDINATA
Permissu Superiorum

Anno

a Descriptione Universi Orbis
1737.
VILNAE
Typis Collegii Academici Soc. JESU.

СОВОКУПНОСТЬ
Языков Литвы
ОПИСАННАЯ
По грамматическим Законам

Главного Диалекта Этого Княжества.
И для пользования
Старательным Нео-Палемонам
ПРЕДНАЗНАЧЕНА
С Позволения Старших

В лето

от Устроения Всего Мира
1737.
В ВИЛЬНЮСЕ
В Типографии Академической Коллегии Сообщества Иисуса


Палемон – легендарный родоначальник правителей Литвы. Нео-Палемоны – это люди, которые станут предводителями Литвы в будущем. Эта пророческая формула неизвестного автора стала воплощаться в жизнь в конце XVIII в., когда литовский язык стал возвращаться в политическую жизнь уже как язык литературный.

Литовские буквари XVI-XVIII вв.

Первый литовский букварь был составной частью Катехизиса Мажвидаса (Королевец, 1547) - «Дешевая и краткая наука читать и писать» (Pygus ir trumpas mokslas skaititi yr raschity). Здесь на 4 страницах представлен алфавит и упражнения чтения слогов.

Второй литовский букварь являлся составной частью катехизиса «Начало проповеди для маленьких детей… Катехизис малый…» (Pradzia pamoksla del Mazu Weykialu... Katechizmas maziasnis...). Он был подготовлен кальвинистами ВКЛ (возможно, Самуелем Битнером) и издан в Королевце в 1680 г. на средства Людвики Каролины Радзивилл. Бесплатно распространялся в кальвинистских школах северной Литвы (Науяместис, Биржай, Вижуонос).

В 1708 г. в Королевце для лютеранских школ Малой Литвы выпущен букварь «Буквы» (Skaitytines; единственный экземпляр пропал во время Второй мировой войны). Наряду с ним в школах Малой Литвы использовались до 1747 г. изданные настенные алфавиты «ABC таблица для учащихся и учителей» и «ABC таблица для маленьких детей и учителей», которые не сохранились (такие таблицы известны по образцам XIX в.).

В католических школах ВКЛ до середины XVIII в., видимо, пользовались изданиями катехизисов, не приспособленных специально как буквари. Имеются данные, что в 1752 г. в Вильнюсе, в типографии францисканцев был выпущен «Элементарчик Жмуйдзкий», но он не сохранился.

Mokslas skaitymo rašto lenkiško

Наука чтения письма польского для маленьких детей (Вильнюс, 1763)

Mokslas skaitymo rašto lietuviško

Наука чтения письма литовского для маленьких детей (Вильнюс, 1783)

Первый известный католический букварь «Наука чтения письма польского для маленьких детей» (Moksłas skaytima raszto lękiszko del mazu waykialu = Nauka czytania pisma polskiego dla małych dziatek) был выпущен в Вильнюсе около 1759-1761 гг. Он содержал параллельный текст на польском и литовском языках (всего 64 страницы). С него начинается систематическое ежегодное издание литовских букварей для начальных школ ВКЛ. Первое издание букваря не сохранилось, известны лишь издания 1763 и 1766 гг.

Точно не установлено, когда был изъят польский текст, но его уже нет в издании 1783 г. Предполагается, что только с литовским текстом букварь стал издаваться около 1766-1776 гг. С тех пор он издавался под названием «Наука чтения письма литовского для маленьких детей» (Moksłas skaytima raszta lietuwiszka dieł mazu wayku). В 1776-1790 гг. ежегодно в Академической типографии издавалось в среднем около 1000 экз. этого букваря и около 1600 эгз. – польского букваря (см. табл.).

Тиражи букварей по книгам доходов и расходов типографии Верховной школы Литвы (1776-1790 гг.)

Год 1776 1777 1778 1779 1780 1781 1782 1783 1784 1785 1786 1787 1788 1789 1790 Всего
Литовские буквари 560 1500 325 795 1020 950 1640 788 325 820 980 750 945 1360 2350 15108
Польские буквари 510 1535 2270 3016 1370 870 2196 1030 610 1055 1695 990 2625 1890 2805 24467

«Наука чтения письма литовского…» издавалась до 1864 г. Предполагается, что вышло более 70 изданий (сохранилось 46, древнейшие из них 1783, 1790, 1796, 1799, 1805 гг.). Букварь состоял из 32-40 страниц. Сам букварь занимает 4 страницы, за ним следуют молитвы, катехизис, церковные песни, в конце - панегирика розге «Koliedaytys…» (первое литовское поэтическое произведение для детей). Издавался в Вильнюсе, сначала в типографии Академии, позже – в типографиях Пияр (1799), Миссионеров (1805-1839), Ромма (1830-1862), Зимеловича (1852, 1858), Ноймана и Сольца (1860, 1861), Завадского (1853-1861), Соколовской (1862), Блюмовича (1862-1864).

Заложенные этим букварем традиции обучения литовскому письму предопределили высокий уровень грамотности на землях этнической Литвы на протяжении всего XIX в. (в 1897 г. грамотными были 54% жителей этнической Литвы, тогда как во всей России - лишь 28% населения) и тем самым заложили основы благополучному развитию литовского национального возрождения.

Томас Баранаускас

 

<< Lituanistica